Высота у каждого своя. Кто-то преодолевает ее за считанные мгновения, у кого-то на подобное уйдет сотня лет. Вы сейчас, наверное, подумали, что я говорю о высотах-достижениях человека. Но нет, это не так. Я говорю о высоте, с которой мы падаем с рождения. Падаем с закрытыми глазами – как правило, боимся их открыть, чтобы признать сам факт падения – факт того, что хоть у нас и есть парашют, мы все равно разобьемся насмерть. Не важно, обо что – об землю, песок, скалы, воду или лед – главное, что наше падение закончится и после него – неизвестность. Кто-то падает со слегка приоткрытыми глазами – как будто спросонья, хочет побыть в темноте сна, где царит покой. И никак не хочет видеть дневной свет, оголяющий правду, возвращающий нас в мир неприятностей, и все к той же проблеме падения. Некоторые люди летят, открыв один глаз – тут подойдет выражение: одним глазом в карту, другим на полигон. Тот, кто вовсе не боится признавать своего поражения в игре со смертью – направляет свой въедливый взор в глубины тумана, что всех нас окружает нескончаемо на всем протяжении падения. Поэтому мы до самого конца не знаем, что нас ждет впереди – лишь очертания, зарисовки будущего – вот что у нас есть. Но не стоит забывать о парашюте. Да, от смерти он не спасет, но он дает нам две незаменимые вещи: право выбора - вообще и в частных случаях. В общем – это значит, что мы можем выбрать – куда спланировать, к кому «подлететь», куда держать курс – и хочется верить, что таким образом мы поменяем почву под ногами: может асфальт сменится огромным морем желе, и наша смерть не будет выглядеть столь ужасно. И мы даже не думаем об обратном: мы можем поменять желе на скалы. Частные случаи – например мы можем отстегнуть парашют и устремиться с превеликой скоростью вниз.

Во время нашего падения нам может казаться, что прошло не более секунды – а на самом деле уже годы позади. Или наоборот – мгновения длятся вечность. Это происходит потому, что когда очень долго падаешь, чувство времени начинает подводить, ведь время само по себе всегда относительно.

Многие люди задумываются о своем падении: почему мы падаем, зачем мы падаем, что там, внизу и что будет после. В результате, мы не хотим отдаться на произвол судьбы – слишком уж обнадеживает некоторых из нас парашют – кажется, что от смерти можно спастись, ведь до нее еще далеко. И мы начинаем налаживать в полете жизнь. Смотрим в туман и, управляя парашютом, планируя по воздушным потокам, летим к нужной нам цели. И порой говорим себе: еще рано, время не пришло – мы ведь уже рассчитали, когда и куда полетим, и что где будет – у нас есть план. Но мы забываем, что падение – непредсказуемо. Сколько ни всматривайся в туман, – всего не разглядишь. Мы можем планировать, но над самим ветром мы не властны. И мы, наконец, вспоминаем, что не мы выбирали: начинать это падение или нет, что не мы выбирали: где стартовать и где изначально будет финиш. Мы не выбирали само существование падения, и не мы выберем, что будет после него – как бы мы ни тешили себя своими догадками и верой. Стоит признать простой факт: есть то, что неизбежно и есть то, что нам неведомо. А потому прекратить бессмысленные в данной ситуации споры и разногласия: как бы мы ни спорили, кто бы ни был прав – все мы рано или поздно встретимся с неизбежным и неизведанным – и никто не даст гарантии, что после этой встречи у нас будет шанс все обсудить с теми, с кем спорили. Нам стоит принять свое падение и научиться веселиться – что толку плакать, что толку рассуждать – падения эти вещи не отменят. Чтобы не сойти с ума от осознания неминуемой смерти нужно отвлечься – улыбнуться. Улыбка не отменит падения – она сократит грусть, печаль, одиночество и обреченность нашего единственного и неизбежного пути вниз. Тогда, может, за очередной шуткой в кругу друзей, мы и не заметим, что наше падение уже завершилось.